Игорь Ойстрах – Игорь Ойстрах Играет Паганини, USSR, 1982

Концертная деятельность Игоря Ойстраха продолжается уже более двадцати лет. Творческие победы на международных конкурсах Всемирного фестиваля молодежи в Будапеште (первая премия, 1949 год) и имени Генрика Венявского в Познани (первая премия, 1952 год), выступления в концертных залах Москвы, Ленинграда, Киева и других городов Советского Союза, гастроли в странах всех пяти континентов (в том числе в США, Англии, Франции, Италии, ФРГ, Японии, Австралии, ГДР) принесли скрипачу международную известность. В феврале 1968 года ему было присвоено почетное звание заслуженного артиста РСФСР. Игорь Ойстрах играл с крупнейшими советскими и зарубежными оркестрами, с самыми выдающимися дирижерами современности. Он трижды участвовал в фестивалях Пабло Казальса, который с большим удовлетворением отмечал совместные выступления с советским музыкантом, высоко оценивая его мастерство.

Вот несколько высказываний прессы:

«Его вдумчивая, глубоко проникновенная игра, красивый, выразительный звук говорят о том, что в его лице мы имеем первоклассного скрипача-виртуоза и большого глубокого художника» («Советская музыка»).

«Игорь — тонкий и до мозга костей проникновенный артист» («Ноувелле ревю де Лозанне»).

«Какой благородный, великолепный скрипач, этот молодой Ойстрах!.. Его звук поет, его техника безупречна» («Экспресс», Вена).

«Этот скрипач обладает всем: фантастической техникой, прекрасным звуком и таким чувством музыкальности, что техника и звук подчиняются его интерпретации» («Газетт», Монреаль).

«Его игра получала все более широкое признание публики... Он закончил с такой ошеломляющей виртуозностью, которая ставит его на уровень Хейфеца» («Таймс», Нью-Йорк).

Самобытное композиторское дарование, отмеченное яркими индивидуальными чертами, дает основание говорить о Паганини как о крупнейшем итальянском мастере инструментальной музыки первой половины XIX века. Демократическая направленность исполнительского искусства Паганини, обращавшегося к широкой массе слушателей, обусловила жанровое разнообразие, стилистические особенности его скрипичной музыки. Он создал новый тип романтического концерта, обогатил вариационные формы, внес в репертуар скрипачей небольшую лирическую и виртуозную пьесы, по-новому разработал форму «каприччо» (каприса). Кроме большого количества скрипичных пьес, Паганини принадлежит сто сорок пьес для гитары, более двадцати струнных квартетов, многочисленные дуэты для скрипки с гитарой, вокальные произведения. Наибольший интерес в творческом наследии Паганини представляют «24 каприса» для скрипки соло, скрипичные концерты, а также пьесы типа «Кантабиле» или «Вечное движение»; в них получил наиболее полное воплощение новый инструментальный стиль, его типичные мелодические и виртуозные черты.

Многие скрипичные произведения Паганини написаны в вариационном жанре, который приобретает у него особенности романтической импровизационной формы. Контрастность и динамичность — вот два основных качества, характеризующие вариационное мастерство Паганини. Один из образцов таких пьес — «Интродукция и вариации на струне соль на тему из оперы Дж. Россини “Моисей”», написанные в оригинале для скрипки с оркестром (1818—1819 гг.).

На второй стороне пластинки записано восемь каприсов Паганини из соч. 1. Созданные в 1801—1802 годах, каприсы имеют авторский подзаголовок: «Посвящается артистам». Этими словами композитор указал, что своим произведением он обращается к зрелым художникам, мастерам скрипичного искусства. Действительно, полет фантазии и игры трудностями сочетаются в этих пьесах с богатством музыкальных идей. «В них я открываю все большее богатство поэзии и оригинальность композиции», — писал Йозеф Иоахим.

Смело вводя новые технические приемы игры, обогащая выразительные средства инструмента, Паганини пришел в своих каприсах к подлинно полифонической трактовке скрипки. Она была основана на полнозвучном использовании всего диапазона инструмента, вплоть до самых высоких регистров, разнообразных приемов двойных нот, аккордов, пиццикато, игры на перестроенной струне соль, ударных, отскакивающих и других штрихов, приемов растяжки пальцев и т. д. «24 каприса» Паганини — подлинная энциклопедия романтической инструментальной техники. Долгое время эти пьесы считались неисполнимыми из-за своей феноменальной трудности; они и до сих пор остаются сложнейшими произведениями мирового скрипичного репертуара.

Сразу же при появлении каприсы буквально поразили воображение современников в гениальном исполнении Паганини, которого Шуман называл «поэтом и актером в одном лице». Немецкий музыкальный критик, пианист и композитор Бертольд Дамке так описал игру Паганини: «Сущность его музыкального характера составляет страсть, и страсть всегда решительно преобладает во всех его созданиях; то она стонет мрачной бурей, то разгорается светлым пламенем. Особенное раздолье ему в самых резких контрастах. Для него не существует слишком резких диссонансов ни в своей игре, ни в аккомпанементе. За самым сильным фортиссимо часто следует едва слышный лепет, за самою свирепою демоническою бурею — самая задушевная мелодия».

Людвиг Рельштаб, немецкий писатель-романист и критик, отмечал: «Все великие скрипачи, которых мне приходилось слушать, владеют своей собственной стихией, им можно подражать... тогда как Паганини самого по себе не существует: он то наслаждение, то воплощение желания, то воплощенная насмешка, жгучая боль, — он всегда разный и неповторимый. Звуки являются для него только средством выразить самого себя...»

Воздействие искусства и личности Паганини на современников было поистине магическим. Его испытали на себе и Лист, и Шопен, и Шуман.

Шуман впервые услышал Паганини в 1830 году, когда великий итальянец выступал во Франкфурте-на-Майне. После концерта Шуман, в то время студент Гейдельбергского университета, записал в дневнике: «Вечером — Паганини! Разве это не восторг! Под его пальцами самые сухие упражнения пламенны, точно пророчества Пифии!» Под влиянием искусства Паганини Шуман, несмотря на сопротивление родных, решил окончательно посвятить себя музыке. Среди его первых сочинений — Этюды для фортепиано по каприсам Паганини, соч. 3 и 10. В собственной анонимной рецензии на эти обработки Шуман дает развернутую характеристику творчеству Паганини, называя его «первым среди новейших итальянских композиторов»; он отмечает в каприсах: «девичью свежесть и легкость», «алмазную прочность», «могучий, достойный уважения дух».

Незадолго до своей трагической болезни Шуман вновь обратился к «24 каприсам» Паганини, написав к ним фортепианное сопровождение. В таком виде некоторые из каприсов были впервые исполнены Йозефом Иоахимом и Кларой Шуман в 1853 году.